Может ли сотрудник полиции быть свидетелем

Может ли сотрудник полиции быть свидетелем

Законодатель не устанавливает свидетельский иммунитет должностных лиц, производящих следственные и иные процессуальные действия в ходе производства по уголовному делу. При этом следует помнить, что данное лицо не может быть лично причастен к обстоятельствам уголовного дела, иначе он подлежит отводу. Допрос дознавателя имеет место, как правило, при возникновении сомнений в достаточности или достоверности доказательств, в связи с изменением показаний подсудимых и свидетелей, для удостоверения процессуального порядка произведенных действий и т. д.

Решение вопроса о возможности допроса должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, должно напрямую зависеть от предмета их свидетельских показаний:

1. Допрос следователя (оперативного работника, участкового уполномоченного и др.) с целью получения (восполнения) доказательств по уголовному делу.

Указанное основание для допроса дознавателя является обоснованным лишь в исключительных случаях, когда иными процессуальными средствами невозможно установление искомых обстоятельств, при обязательном наличии совокупности иных доказательств по уголовному делу. Альтернативной такому допросу дознавателя является допрос лиц, присутствовавших либо участвовавших при его производстве (понятые, потерпевший, родственники, иные лица и т. д.). Если же речь идет о показаниях дознавателя при отсутствии иных доказательств по делу, то таковой допрос является категорически недопустимым, поскольку дознавателя является лицом профессионально заинтересованным в исходе уголовного дела, и, как следствие, объективность и беспристрастность разрешения уголовного дела должна быть подвергнута сомнению.

Особо недопустима ситуация, когда должностное лицо допрашивается с целью восстановления показаний преследуемого лица (например, в случае последующего изменения их содержания). С одной стороны, Конституционный Суд РФ по этому поводу указал, что «положения ч.5 ст.246 и ч.3 ст.278 УПК Российской Федерации… и ч.3 ст.56 УПК, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса дознавателя и следователя, проводивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий», с другой стороны, он отметил: «вместе с тем эти положения… не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний…» [1] . Таким образом, Конституционный Суд РФ признал допрос следователя об обстоятельствах производства процессуальных действий юридически допустимым, но установил обоснованный запрет на допрос этих участников на предмет воспроизведения показаний обвиняемого (подозреваемого), данных им в ходе досудебного производства в случае последующего отказа от них в судебном заседании [2] .

2. Допрос дознавателя (следователя, оперативного работника и др.) на предмет производства следственных и иных процессуальных действий по делу.

В ходе расследования уголовного дела нередко имеет место следующая ситуация. Оперативный работник в ходе предварительного расследования изымает у лица предмет, имеющий значение по уголовному делу, документально оформляя такое действие рапортом или соответствующим актом. Дальнейший механизм статусной легализации изъятого предмета представляет собой производство следователем ряда следственных действий, включающих выемку указанного предмета у оперативного работника и допрос последнего об обстоятельствах, при которых он изъял данный предмет. Только в результате производства указанных действий, в том числе допроса соответствующего должностного лица, этот предмет приобретает статус вещественного доказательства.

С одной стороны, изначальные действия оперативного работника по изъятию искомого предмета не являются профессионально грамотными, поскольку при указанном способе «введения» предмета в уголовное дело утрачивается «первоначальность» такого доказательства, то есть в процессуальной цепочке «предмет – уголовное дело – вещественное доказательство» появляются дополнительные звенья, которых можно было избежать, – это последующая выемка искомого предмета у оперативного работника и его допрос. Чем более продолжителен временной промежуток между действием первоначальным (изъятие) и действием конечным (выемка и допрос должностного лица), тем больше вероятности того, что часть доказательственной информации утратится. При этом производство дополнительных действий требует дополнительного времени, сил и средств со стороны следователя, что, в первую очередь, сказывается на качестве предварительного расследования.

С другой стороны, существуют ситуации, когда в силу объективных причин следователю не остается ничего другого как прибегнуть к допросу того же оперативного работника. Например, когда лицо, у которого оперативный работник произвел изъятие предмета, отсутствует (умер, уехал, местонахождение неизвестно и т. д.). Допрос должностного лица в таком случае является необходимым, поскольку только это действие может процессуально «связать» изъятый предмет и обстоятельства уголовного дела.

Поэтому в случае, когда допрос должностного лица содействует установлению истины по уголовному делу, его следует признать оправданным. Аналогичная оценка должна быть дана и допросу должностного лица на предмет обращения к нему граждан и лиц с сообщением о преступных действиях, об основаниях задержания подозреваемого и т. д.

Однако необходимо понимать, что как только в деле появится протокол допроса дознавателя, в соответствии с п. 1 ч.

Процессуальный статус свидетеля

Свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний.

Вызов и допрос свидетелей осуществляются в порядке, установленном ст.ст.187 – 191 УПК РФ.

Не подлежат допросу в качестве свидетелей:

1) судья, присяжный заседатель – об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу;

2) адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием;

Читайте также:  Преобразование казенного учреждения в бюджетное

3) адвокат – об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи;

4) священнослужитель – об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди;

5) член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия – об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими своих полномочий.

1) отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п.4 ст.5 УПК РФ. При согласии свидетеля дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний;

2) давать показания на родном языке или языке, которым он владеет;

3) пользоваться помощью переводчика бесплатно;

4) заявлять отвод переводчику, участвующему в его допросе;

5) заявлять ходатайства и приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда;

6) являться на допрос с адвокатом в соответствии с ч.5 ст.189 УПК РФ;

7) ходатайствовать о применении мер безопасности, предусмотренных ч.3 ст.11 УПК РФ.

Свидетель не может быть принудительно подвергнут судебной экспертизе или освидетельствованию, за исключением случаев, предусмотренных ч.1 ст.179 УПК РФ.

Свидетель не вправе:

1) уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя или в суд;

2) давать заведомо ложные показания либо отказываться от дачи показаний;

3) разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном ст.161 УПК РФ.

В случае уклонения от явки без уважительных причин свидетель может быть подвергнут приводу.

За дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний свидетель несет ответственность в соответствии со ст.ст. 307 и 308 УК РФ.

За разглашение данных предварительного расследования свидетель несет ответственность в соответствии со ст.310 УК РФ.

Вывод: Таким образом, допрос должностного лица, производившего в рамках уголовного дела процессуальные и следственные действия, в качестве свидетеля должен являться исключительной мерой, к которой следует прибегать в случае необходимости установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, при условии, что иными процессуальными средствами такие обстоятельства установить невозможно.

Заключение:Уголовно-процессуальная деятельность строго регламентирована УПК РФ: осуществляется в определенном порядке с соблюдением установленной процедуры (процесса). Данный порядок обязателен для всех участников уголовного судопроизводства, он обеспечивает соблюдение законности при производстве по делу, прав, интересов и свобод лиц, участвующих в производстве, создает гарантии обоснованности и справедливости принимаемых решений.

Сотрудник полиции, принимая участие в уголовном судопроизводстве, выступает в качестве его участника, процессуальный статус которого зависит от того, какие функции выполняет сотрудник.

Может ли инспектор ГИБДД быть свидетелем по делу об административном правонарушении?

Ситуация: инспектор ГИБДД вписан в протокол об административном правонарушении в качестве свидетеля. Правомерно ли это? Может ли инспектор выступать в качестве свидетеля по административному делу в суде? Насколько правомерно будет использование судом подобных показаний для признания водителя виновным в совершении нарушения?

При рассмотрении дел об административных правонарушениях судьям предписано руководствоваться Кодексом РФ об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), являющимся основным законом, регулирующим порядок привлечения к административной ответственности. Однако не стоит забывать, что наряду с Кодексом немаловажную роль играет и сложившаяся судебная практика по административным делам, а также официальные разъяснения применения норм закона Верховным судом Российской Федерации.

Для того чтобы более полно разобраться в интересующем нас вопросе, проведем анализ законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного суда РФ по интересующей теме.

Так, согласно ст. 25.6 КоАП РФ, в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению. Свидетель обязан явиться по вызову судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении и дать правдивые показания: сообщить все известное ему по делу, ответить на поставленные вопросы и удостоверить своей подписью в соответствующем протоколе правильность занесения его показаний.

Таким образом, КоАП РФ не содержит каких-либо строго определенных требований к лицу, привлекаемому в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении. То есть, свидетелем по административному делу может быть абсолютно любое лицо, будь то любой посторонний человек, знакомый, друг или даже близкий родственник лица, привлекаемого к административной ответственности. Единственным условием, которому должен отвечать свидетель, является то, что ему должны быть известны обстоятельства дела о лишении водительских прав. Таким образом, нормы Кодекса не запрещают судьям опрашивать в качестве свидетелей любого из присутствовавших при совершении вменяемого водителю правонарушения сотрудников ГИБДД, в т.ч. и составлявшего протокол об административном правонарушении.

Теперь обратимся к разъяснениям Верховного Суда РФ, согласно которым органы и должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5).

Однако в том же Постановлении Пленума Верховного суда РФ имеется и поправка, согласно которой, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях, в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Читайте также:  Как отпроситься с работы к врачу

Что же это у Верховного суда получается: свидетелем по делу составивший протокол об административном правонарушении сотрудник ГИБДД не является, а в тоже время может быть допрошен в качестве свидетеля?!

В то же время можно сделать вывод о том, что согласно разъяснениям Верховного суда, инспектор ГИБДД все же может быть участником судопроизводства, если составил протокол по нарушению не он. Однако в чем же разница между составившим протокол инспектором и его напарником? Оба, хоть и находятся при исполнении служебных полномочий, но в то же время уполномочены на сбор и представление в суд доказательств совершения правонарушения, на составление протокола об административном правонарушении и других доказательств по делу о лишении прав, которые в дальнейшем подлежат изучению судом для принятия решения в отношении водителя. В то же время можно придти к выводу и о том, что как составивший протокол инспектор ДПС, так и его напарник могут иметь служебную заинтересованность в исходе дела.

Тем не менее, поскольку КоАП РФ не содержит такого требования к свидетелю как отсутствие прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела, то, из комплексного анализа норм права в совокупности с разъяснениями Пленума Верховного суда, можно придти к выводу, что сотрудники ГИБДД, являющиеся очевидцами совершенного нарушения, вполне законно могут быть привлечены в качестве свидетелей по делу, что на практике довольно часто и происходит.

В тоже время имеется и другой вопрос: насколько свидетель инспектор ДПС будет непредвзят и правдив в своих показаниях? Однако этот вопрос уже подлежит решению в рамках судебного рассмотрения дела и, однозначно, ни законом, ни разъяснениями Верховного суда не трактуется.

Однако не стоит забывать, что никакие доказательства, в том числе и показания любых свидетелей по делу, не должны иметь для суда заранее установленной силы, а задачами производства по делу об административном правонарушении является полнота и всесторонность его рассмотрения.

Музыка

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Статистика

Понедельник, 31 Октября 2016 г. 07:49 + в цитатник

В последнее время опять на слуху административные суды над лидерами (и не только) оппозиции. Подавляющее большинство подсудимых, впервые столкнувшись с самым справедливым в мире судом, находятся в состоянии легкого культурного шока, потому что 99,9 % судебных решений принимается в пользу власти.

Не стану в этой статье искать вселенские причины сложившейся ситуации, а хочется раскрыть конкретную тему: может ли сотрудник полиции участвовать в рассмотрении административного дела в суде в качестве свидетеля? (особенно если этот сотрудник непосредственно составлял процессуальные документы в отношении задержанного).

Проблема это далеко не новая, с этим постоянно сталкиваются автолюбители, когда инспектор составляет протокол, вымогает деньги, а потом еще пламенно выступает свидетелем обвинения (часто единственным) в суде.

Прежде всего, обратимся непосредственно к Кодексу об административных правонарушениях:

1. В качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.

Собственно, исходя их этого определения, никаких препятствий к выступлению в суде сотрудников полиции нет.

В уголовном законодательстве (как наиболее близком к административному) существует следующее положение: судья, прокурор, следователь, дознаватель не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он:

1) является потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или свидетелем по данному уголовному делу.

Также эти лица не могут участвовать в производстве по уголовному делу также в случаях, если имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что они лично, прямо или косвенно, заинтересованы в исходе данного уголовного дела.

Таким образом, сотрудник полиции, составляющий административный протокол в переводе на уголовный процесс будет являться следователем либо дознавателем, а потом тот же сотрудник, выступая в суде, фактически становится прокурором, ведь он поддерживает свои доводы, изложенные в протоколе. И в завершении всего тот же сотрудник становится еще и свидетелем (естественно обвинения), в этом качестве его и допрашивает суд.

Естественно, что дознаватель и следователь не может быть независимым и незаинтересованным в исходе дела свидетелем, потому что у него есть совершенно определенная процессуальная роль – посадить подозреваемого в тюрьму, добиться торжества обвинения.

Налицо явный обвинительный перекос в сторону государства, ведь заявить отвод свидетелю-сотруднику по закону нельзя, можно только взывать к совести суда, либо заявить отвод уже суду.

Но на практике судьи часто искренно не понимают, в чем здесь нарушение права на защиту «ведь все так делают» или «а как мне его еще допрашивать?».

Итак, Административным Кодексом не предусмотрено, что свидетель – сотрудник полиции может быть заинтересованным лицом (а он всегда только такой и есть).

Вместе с тем в данном случае необходимо учитывать разъяснение, данное в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» (в ред. от 11.11.2008; БВС. 2005. N 6).

Согласно данному разъяснению органы и должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ.

Читайте также:  Как оплатить чужой штраф через госуслуги

Тем не менее, как указывается в нем далее, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Исходя из вышесказанного, если процессуальный статус свидетеля как участника производства по делам об административных правонарушениях определен в ст. 25.6 КоАП РФ, расположенной в гл. 25 КоАП РФ, то сотрудник полиции, составивший протокол об административном правонарушении, ни в коем случае не может являться свидетелем по этому же делу.

Естественно, существует огромная разница между допросом свидетеля и выяснением возникших вопросов у лица, не являющегося участником судебного процесса.

Участие в судебном заседании сотрудника полиции сводится исключительно к уточнению тех или иных обстоятельств по делу и ответу на возникающие в связи с этим у суда вопросы. При этом его показания являются доказательством, которое оценивается судом наравне с иными доказательствами по делу.

Так, в другом своем разъяснении Верховный Суд РФ пришел к справедливому выводу о невозможности привлечения сотрудника милиции (полиции) в качестве понятого при составлении протокола при производстве по делам об административных правонарушениях, именно ввиду возможной служебной заинтересованности такого лица в исходе дела.

Ведь он является работником органа внутренних дел, который составляет протокол об административном правонарушении и формирует доказательственную базу по делу (ответ на вопрос N 12 Обзора законодательства и судебной практики ВС РФ за IV квартал 2006 г., утв. Постановлением Президиума ВС РФ от 07.03.2003 // БВС. 2007. N 8).

Заметим, в свою очередь, что статус понятого близок к статусу свидетеля, тем более что впоследствии понятой может быть допрошен судом как раз в качестве свидетеля.

Также Административный Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законодательством об административных правонарушениях, то применяются правила международного договора(статья 1.1).

Таким международным договором является, например, Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 04.11.1950 г.) – ратифицирована Россией с оговорками и вступила в силу 05.05.1998.

Статья 6 Конвенции устанавливает, что «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право насправедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым ибеспристрастным судом, созданным на основании закона».

Справедливость – понятие о должном, соответствующее определённым представлениям о сущности человека и его неотъемлемых правах. Так, это понятие содержит в себе требование соответствия между практической ролью различных индивидов (социальных групп) в жизни общества и их социальным положением, между их правами и обязанностями, между деянием и воздаянием, трудом и вознаграждением, преступлением и наказанием, заслугами людей и их общественным признанием. Несоответствие в этих соотношениях оценивается как несправедливость (БСЭ).

Беспристрастие – ср. неумытность, нелицеприятие, отсутствие пристрастия, приверженности к той либо к другой стороне, справедливость, правдивость, правосудие, правда. Беспристрастный, равный в суде своем для всех, нелицеприимный, неумытный, нелицеприятный, правдивый, прямой (Толковый словарь Даля).

Независимость – отсутствие подчиненности, самостоятельность, суверенитет.

Следовательно, суд, в котором сотрудник полиции в одном лице фактически выступает в качестве дознавателя, прокурора и свидетеля, не может по определению быть справедливым и беспристрастным.

Такой же позиции придерживается и Европейский Суд по правам человека, созданный на основании этой Конвенции.

Например, по делу «Менчинская против Российской Федерации», постановление суда от 15.01.2009 Страсбург. Это постановление напрямую не касается рассматриваемого нами случая, но указывает, в частности:

«Европейский Суд напоминает, что принцип равенства сторон является одним из элементов более широкого понятия справедливого судебного разбирательства в значении пункта 1 статьи 6 Конвенции. Он требует "справедливого равновесия сторон": каждая сторона должна иметь разумную возможность представить свою позицию в условиях, которые не создают для нее существенного неудобства по сравнению с другой стороной (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ивон против Франции" (Yvon v. France), жалоба N 44962/98, § 31, ECHR 2003-V; Постановление Европейского Суда от 18 февраля 1997 г. по делу "Нидерест-Хубер против Швейцарии" (Niderost-Huber v. Switzerland), § 23, Reports of Judgments and Decisions 1997-I; и Постановление Большой Палаты по делу "Кресс против Франции" (Kress v. France), жалоба N 39594/98, § 72, ECHR 2001-VI)».

«В этом контексте Европейский Суд напоминает, что, хотя независимость и беспристрастность прокурора или аналогичного должностного лица не ставилась под сомнение, повышенная чувствительность общественности к справедливому осуществлению правосудия оправдывала растущее внимание к внешним проявлениям (см. Постановление Европейского Суда от 30 октября 1991 г. по делу "Борже против Бельгии" (Borgers v. Belgium), § 24, Series A, N 214-B)».

Таким образом, позиция Европейского Суда по правам человека должна обязательным образом учитываться при разрешении аналогичных дел в административном суде.

Будем надеяться, что феодализм, царящий в наших административных судах, когда-нибудь закончится. Если у Вас остались вопросы по этой теме, обратитесь к адвокату по уголовным делам.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector