Проблемы хранения вещественных доказательств в мвд

Проблемы хранения вещественных доказательств в мвд

Институт хранения вещественных доказательств прошел достаточно длительный путь в своем развитии и правовой эволюции, приспосабливаясь к особенностям вновь возникающих общественных отношений. Современный законодатель постоянно совершенствует данный правовой институт, о чем свидетельствует частота внесения поправок в уголовно-процессуальный закон. Так, начиная с 2012 года и до настоящего времени, в ст. 82 УПК РФ (которая как раз устанавливает правила хранения вещественных доказательств) шесть раз вносились изменения. Кроме того, постоянно принимаются новые подзаконные нормативные правовые акты, устанавливающие процедурные особенности хранения вещественных доказательств (в качестве примера можно привести Постановление Правительства РФ от 23.08.2012 № 848 «О порядке реализации или уничтожения предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено»[1], которое регламентирует особенности уничтожения предметов, хранение которых при уголовном деле затруднено). Все это свидетельствует о том, что законодатель оперативно откликается на существующие проблемы института хранения вещественных доказательств, и уделяет большое внимание его развитию. Однако, несмотря на количество внесенных изменений и поправок, данный институт продолжает характеризоваться определенными проблемами, решение которых является концептуальной необходимостью.

Прежде чем приступать к анализу существующих проблем механизма хранения вещественных доказательств, рассмотрим в наиболее общем виде правовую категорию «вещественные доказательства», так как вопросы, связанные с определением данной правовой категории, имеют прямую взаимосвязь с рассматриваемой в рамках данной статьи темой.

Вещественные доказательства, как следует из ст. 74 УПК РФ, определяются через объекты материального мира, которые сохранили на себе определенный отпечаток преступного деяния. Однако, на наш взгляд, предложенное законодателем определение вещественных доказательств, данное в ст. 74 УПК РФ, в определенной степени несовершенно, так как по сути не раскрывает содержания и сущностных признаков данной категории, что затрудняет разграничение вещественных и иных доказательств. Данное обстоятельство подчеркивает тот факт, что проведенный в 2015 году кандидатом юридических наук Головкиным О.Е. опрос 200 следователей и дознавателей, выявил, что 41% респондентов сталкивались со сложностями разграничения вещественного доказательства и иного документа[2]. Отсюда вытекает первая проблема хранения вещественных доказательств – проблема отнесения доказательства к вещественному, и как следствие – проблема применения правил хранения вещественных доказательств к определенному доказательству.

В современной юридической науке и практике, к сожалению, не выработано достойного теоретического, а тем более и практического (законодательного) определения понятия «хранения вещественных доказательств». Это обусловлено тем, что данная деятельность по своей природе имеет многогранный характер, и не может быть однозначно осмысленна и выражена в рамках строгого понятия. В виду этого возникают определенные ошибки при толковании данного вида деятельности, что в свою очередь может привести к неправильному применению норм уголовно-процессуального закона.

Как справедливо отмечает ряд ученых, хранение вещественных доказательств должно обеспечивать неизменность их юридических и физических свойств. Некоторые из представленных в ст. 81 и 82 УПК РФ действий, на наш взгляд, не направлены на обеспечение сохранности вещественных доказательств, и наоборот, ряд действий, по своему смыслу прямо подходящих к категории «хранение вещественных доказательств», законом к таковой не отнесены. В качестве примера можно привести ст. 82 УПК РФ («Хранение вещественных доказательств»), в которой к деятельности по хранению вещественных доказательств, отнесена деятельность по уничтожению, утилизации и переработки вещественных доказательств, что никаким образом не может считаться хранением вещественных доказательств. В то же время пребывание при уголовном деле документов-вещественных доказательств в течение всего срока хранения уголовного дела хранением в законодательном смысле не является, так как все действия, отнесенные к хранению, перечислены в ст. 82 УПК РФ. Данные законодательные неточности, на наш взгляд, являются следствием того, что не выработано единого понятия хранения вещественных доказательств. Отсюда вытекает вторая проблема – проблема теоретического и практического определения понятия хранения вещественных доказательств.

Рассматривая вопросы хранения вещественных доказательств, нельзя не затронуть проблему хранения доказательства до возбуждения уголовного дела. Следователи и дознаватели имеют право реализовывать определенные меры, направленные на сохранение предметов только с момента придания последним статуса вещественного доказательства, что в свою очередь возможно только после возбуждения уголовного дела. Однако, как показывает следственная практика, часто возникает необходимость в применении мер, направленных на сохранение доказательства на стадии проверки сообщения о преступлении. При этом УПК РФ прямо не предусматривает возможность придания определенным предметам, связанным с совершением преступления, статуса вещественного доказательства на стадии до возбуждения уголовного дела, и детально не регламентирует ни порядок, ни сроки их хранения, что создает определенные трудности для следователей и дознавателей. Отсюда вытекает третья проблема хранения вещественных доказательств – проблема хранения вещественных доказательств на стадии до возбуждения уголовного дела.

Особый порядок хранения вещественных доказательств применяется к предметам, которые не могут храниться при уголовном деле. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 82 УПК, особый порядок хранения распространяется на вещественные доказательства в виде: предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе больших партий товаров, а также скоропортящихся товаров и продукции, подвергающегося быстрому моральному старению имущества, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью; денег, ценностей и иного имущества, подлежащих аресту, а также иных денег и ценностей; электронных носителей информации.

Особый интерес, из вышеприведенного списка вызывают товары и продукция, подвергающиеся быстрому моральном старению. Законом не регламентировано, что означает данная категория товаров и продукции, однако в научной литературе и судебной практике под данной категорией понимается компьютерная техника, бытовые приборы, телевизоры, иные технически сложные приборы, который быстро теряют свою ценность. Однако, на наш взгляд, быстро терять свою ценность способна также информация, выраженная в определенной форме – газеты, журналы, и т.д. Иными словами та информация, которая была актуальной сегодня, которую можно продать и получить прибыль, может полностью обесцениться завтра. Отсюда вытекает четвертая проблема – проблема с уяснением категории «товары и продукция, подвергающиеся быстрому моральном старению».

Таким образом, проведя анализ хранения вещественных доказательств по уголовно-процессуальному праву Российской Федерации, нами были выделены данные проблемы. Предложим свое решение данных проблем.

Для решения проблемы применения правил хранения вещественных доказательств, необходимо установить общее определение вещественного доказательства. На наш взгляд, вещественное доказательство – это неодушевленный объект материального мира, содержащий информацию относительно совершенного преступления. Данное определение, на наш взгляд, целесообразно закрепить в части 1 ст. 81 УПК РФ, и уже далее раскрыть конкретные виды вещественных доказательств.

Читайте также:  Следователь и оперуполномоченный разница

Для решения проблемы теоретического и практического определения понятия хранения вещественных доказательств, на наш взгляд, необходимо практическое закрепление понятия «хранение вещественных доказательств». Итак, хранение вещественных доказательств – это содержание вещественного доказательства в условиях, исключающих постороннее воздействие, с сохранением (сбережением) индивидуальных особенностей предмета и информации о преступлении, которую он несет.

Для решения проблемы хранения вещественных доказательств на стадии до возбуждения уголовного дела,на наш взгляд, необходимо законодательно определить полномочия следователя и дознавателя, по применению мер, направленных на хранение предмета, содержащего информацию о возможно совершении преступления. Также следует определить сроки и процессуальные правила подобного хранения.

Для решения проблемы уяснения категории «товары и продукция, подвергающиеся быстрому моральном старению»,на наш взгляд необходимо внести изменения в ч.2 ст. 82 УПК РФ, в частности заменить формулировку «товары и продукция, подвергающиеся быстрому моральном старению» на формулировку «подвергающееся быстрому обесцениванию имущество».

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Нормативные правовые акты

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 13.07.2015г.) // Собрание законодательства РФ. – 2001. – № 52. – Ст. 4921; Собрание законодательства РФ. – 2015. – № 29. – Ст. 4391.

2. О порядке реализации или уничтожения предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено: Постановление Правительства РФ от 23.08.2012 № 848 (ред. от 28.09.2015г.) // Собрание законодательства РФ. – 2012. – № 36. – Ст. 4900; Собрание законодательства РФ. – 2015. – № 41. – Ст. 5652.

3. Головкин О.Е. Хранение вещественных доказательств на досудебных стадиях уголовного судопроизводства: диссертация кандидата юридических наук…12.00.09. – М.: Московский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации им. В.Я. Кикотя, 2015. – 206 с.

[1] О порядке реализации или уничтожения предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено: Постановление Правительства РФ от 23.08.2012 № 848 (ред. от 28.09.2015г.) // Собрание законодательства РФ. – 2012. – № 36. – Ст. 4900; Собрание законодательства РФ. – 2015. – № 41. – Ст. 5652.

[2] Головкин О.Е. Хранение вещественных доказательств на досудебных стадиях уголовного судопроизводства: диссертация кандидата юридических наук…12.00.09. – М.: Московский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации им. В.Я. Кикотя, 2015. – С. 17.

| следующая лекция ==>
Кафедра Социально-гуманитарных дисциплин и регионоведения | Особенности христианской психологии

Дата добавления: 2017-02-24 ; просмотров: 1024 | Нарушение авторских прав

По общим правилам процессуального законодательства, вещественным доказательством признается предмет, который своими внешними признаками может свидетельствовать об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Естественно, каждая отрасль процессуального законодательства внесла какие-то изменения, тем самым приспособив институт вещественных доказательств для правоприменения.

Ключевые слова: вещественное доказательство, процессуальное право, доказательство, теория доказательств.

Наиболее жесткое толкование вещественных доказательств дано в уголовно-процессуальном кодексе в ст. 81, где перечислены основные критерии отнесения предметов и документов к вещественным доказательствам. Остальные кодексы довольно гибко подходят к пониманию вещественных доказательств, понимая в их качестве любые предметы, тем или иным способом сообщающие суду и участникам процесса об обстоятельствах, имеющих непосредственное значение для дела.

Между тем именно в уголовно-процессуальном законодательстве существует наиболее громоздкая система внедрения предметов материального мира в круг доказательств. Так, по общему правилу, вещественное доказательство фиксируется в протоколе его обнаружения (протоколы осмотра места происшествия, осмотра трупа, обыска, выемки), затем проводится специализированное следственное действие, подробно фиксирующее индивидуализирующие признаки вещественного доказательства, и лишь потом вещественное доказательство с помощью процессуального акта (постановления следователя или дознавателя) приобщается к материалам дела, становясь полноценным доказательством. К тому же, если вещественное доказательство становится объектом экспертного исследования, оно подробнейшим образом описывается в заключении, еще раз подтверждая доброкачественность его нахождения в кругу средств доказывания.

Но эффективен ли такой сложный и витиеватый механизм фиксации вещественного доказательства? Для решения этого вопроса следует обратиться к иным процессуальным отраслям, а также к нормам цивильного материального права.

Как уже отмечалось, иные нормативно-правовые акты процессуального характера не содержат специальных правил приобщения вещественных доказательств, однако, исходя из общего смысла норм конституционного и отраслевого процессуального законодательства, можно сделать вывод о предъявлении к вещественным доказательствам двух основных правил:

— требований к содержанию доказательств, то есть возможности подтвердить или опровергнуть определенные обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения соответствующей категории дел;

— требований к источнику происхождения доказательств (лицо, представляющее вещественное доказательство в процесс, должно подтвердить его происхождение).

Суд или иное уполномоченное должностное лицо (если речь идет об административном процессе без привлечения судебной системы), удостоверившись в доброкачественности формы и содержания доказательств, принимает его устным определением или зафиксирует его в протоколе процессуального действия. Если же вещественное доказательство наличествует при подаче искового заявления, никаких специальных процессуальных действий и решений не требуется.

При этом ни в гражданском, ни в арбитражном судопроизводстве, ни в административном процессе не отмечаются массовое привлечение недопустимых вещественных доказательств, их повальная фальсификация.

Судебная практика как способ правоприменения дает возможность проанализировать проблемные моменты использования того или иного средства доказывания, и указанная практика свидетельствует о том, что фальсификация как явление существует прежде всего в письменных документах, документах-доказательствах. Вещественные доказательства сами по себе сфальсифицировать очень сложно, поскольку они обладают абсолютно индивидуальными следами преступного деяния и (или) иных сведений, связанных с преступным деянием.

Анализ правоприменительной практики позволяет выделить конкретные сложности применения вещественных доказательств в зависимости от отрасли процессуального права, в которой встречаются фальсификации доказательств.

1. Уголовный процесс. В этом случае фальсификация касается, как правило, лишь следственных протоколов [2]. Как отмечает действующий судья П. С. Метельский, по уголовным делам предметом фальсификации оказывались протоколы следственных действий (в том числе протоколы осмотра, выемки) [5. С. 11 — 15]. Часто встречаются следующие нарушения: подделка подписей понятых в их отсутствие при проведении следственных действий; фактическое отсутствие понятых на следственных действиях при наличии подлинной подписи лица в соответствующем протоколе; составление протоколов следственных действий по памяти вне места проведения следственного действия и после его проведения. Также фальсификации подвергаются и протоколы допросов, точнее, содержащиеся в них сведения [7].

Читайте также:  Перечисление процентов на карту сбербанка что это

При этом суды весьма лояльно относятся к подобным действиям, тем самым создавая практику попустительства фальсификации доказательств.

В одном случае Верховный Суд РФ посчитал, что формальное изготовление подсудимым сфальсифицированного протокола не повлияло на результаты рассмотрения дела, не повлекло вынесения неправосудного приговора и не представляло угрозы принятия судом неправосудного решения и нарушения прав и свобод граждан. Эти обстоятельства свидетельствуют об отсутствии общественной опасности совершенного подсудимым деяния, что позволяет признать его малозначительным [1].

В другом случае при подтвержденной экспертизой поддельной подписи потерпевшей по уголовному делу Верховный Суд РФ вообще прекратил производство в связи с отсутствием состава преступления, обосновывая свое решение так: неустановление судом мотива и цели совершения преступления, а также умысла на совершение фальсификации доказательств, неустановление обстоятельств, при которых в протоколе допроса потерпевшей подпись была выполнена от имени потерпевшей «другим лицом» и роли должностного лица при этих обстоятельствах — все это свидетельствует о неполном исследовании материалов дела, которое влияет на обоснованность принятого судом решения и которое не может быть признано законным и обоснованным [2].

2. Арбитражный и гражданский процесс. Именно в арбитражном процессе предусмотрена возможность сторон заявить о фальсификации доказательств на основании ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса РФ. При этом, как правильно отмечают А. В. Потеева и Т. Г. Корюкаева, суд принимает на себя совершенно не свойственную ему функцию уведомления об уголовно-правовых последствиях фальсификации доказательств [6]. При наличии такого серьезного заявления, касающегося доброкачественности предоставленных доказательств, законодатель возлагает на арбитражных судей обязанности по дополнительной проверке спорного доказательства. Но, учитывая письменный характер арбитражного судопроизводства, указанные нормы касаются прежде всего документов-доказательств.

Гражданское процессуальное законодательство вообще не содержит норм и процедур, касающихся фальсификации доказательств. Однако отсутствие специальных норм в гражданском процессуальном законодательстве вовсе не допускает фальсификации средств доказывания, при этом в основном фальсификация опять же затрагивает письменные доказательства, различного рода документы, но не вещественные доказательства.

Материалы конкретных уголовных дел, в которых были установлены факты совершения рассматриваемых преступлений, показывают, что предметом фальсификации в гражданских делах обычно являются различные документы (в частности гражданско-правовые договоры, расписки, корешки квитанций об оплате и т. п.) [5. С. 11 — 15].

3. Административный процесс. Здесь ситуация совершенно иная. Кодекс РФ об административных правонарушениях (КоАП) содержит указание на возможные пороки таких средств доказывания, как показания свидетелей, заключение и пояснения специалиста. Ответственность за пороки вещественных доказательств и письменных документов, представляемых в административный процесс, не предусмотрена вообще (ст. 17.9 КоАП). Статья 303 Уголовного кодекса РФ (УК РФ) также не предусматривает ответственности за фальсификацию доказательств в административном процессе. Данный пробел неоднократно предлагалось решить с помощью дополнений в соответствующую статью уголовного законодательства либо в нормы административного закона [4. С. 9—10].

Анализ уголовных дел, представленных на интернет-ресурсах Верховного Суда РФ, Челябинского областного суда, позволяет сделать вывод, что основное средство доказывания, подверженное фальсификации,— это письменные доказательства, различного рода документы, в том числе процессуальные. Вещественные доказательства не интересны носителям преступного умысла субъектов ст. 303 УК РФ.

Но дело не только в практике применения данной статьи и вообще в проблеме фальсификации доказательств. Правоприменитель в своей деятельности (будь то отправление правосудия, следствие, дознание, оперативно-розыскная деятельность) должен иметь разумные и удобные механизмы ее реализации. Удобство при этом вовсе не означает попрания прав и свобод гражданина и общества, но имеет своей целью сокращение сроков судопроизводства, процессуальную экономию и разумную трату государственных ресурсов. Именно с таких позиций должен подходить законодатель, рассматривая вопрос о необходимости внесения изменений в законодательство. Несомненно, правила о вещественных доказательствах нуждаются в корректировке, так как концепция Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ в вопросах вещественных доказательств полностью повторяет УПК РСФСР 1964 г. Данная система громоздка, затратна по времени и вряд ли отвечает понятию целесообразности.

Другие процессуальные отрасли достаточно просто относятся к моменту появления вещественного доказательства, делая ставку не на процессуальную форму вещественного доказательства, а на его содержание, на сущностные свойства предмета материального мира. При этом статистика свидетельствует о примерно одинаковом количестве вынесенных приговоров по ст. 303 УК РФ (фальсификация доказательств) как в гражданском судопроизводстве (гражданский и арбитражный процессы), так и в уголовном судопроизводстве. Это означает, что преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательства, совершенно не зависит от количества процессуальных действий, предшествующих появлению вещественного доказательства. Также это свидетельствует о том, что упрощенная форма внедрения вещественных доказательств в судопроизводство вовсе не означает потери качества этого доказательства априори.

Таким образом, полагаем, что концепт вещественных доказательств в уголовном процессе России может быть модернизирован за счет упразднения обязательного приобщения специальным постановлением предмета материального мира. В этом случае достаточно индивидуально определить предмет в протоколе его обнаружения (обыск, выемка, осмотр), указать его идентифицирующие свойства. Дальнейших осмотров вещественных доказательств с составлением отдельного протокола не требуется, предмет получает статус вещественного доказательства с момента первичного указания на него в процессуальном документе. При этом целесообразно было бы произвести фотографирование самого вещественного доказательства и (или) видеозапись следственного действия, при совершении которого обнаружено вещественное доказательство.

1. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 5 апреля 2006 г. № 50-006-1 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.vsrf.ru/stor_pdf. php? > 2. Определение № 51-О10-94 «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2011 года» [Электронный ресурс]. — URL: http://www. vsrf.ru/stor_pdf.php? > 3. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 июля 2006 г. № 87-О06-18 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.vsrf.ru/stor_pdf.php? > 4. Благодарь, И. С. Фальсификация доказательств : ответственность и вопросы квалификации : автореф. дис. . канд. юрид. наук / И. С. Благодарь. — М., 2008. — С. 9 — 10.
5. Метельский, П. С. Привлечение к ответственности за фальсификацию доказательств по уголовному делу / П. С. Метельский // Уголов. процесс. — 2009. — № 1. — С. 11 — 15.
6. Потеева, А. В. Изобличение подделки / А. В. Потеева, Т. Г. Корюкаева // ЭЖ-юрист. — 2008. — № 34.
7. Дело № 2-37/2010 [Электронный ресурс] // Челябинский областной суд : сайт. — URL: http:// www.chel-oblsud.ru
8. Дело № 22-3998/2011 [Электронный ресурс] // Челябинский областной суд : сайт. — URL: http ://www.chel-oblsud .ru

Читайте также:  Как вписать ребенка в домовую книгу

Библиографическое описание: Горлова, С. В. Проблема применения вещественных доказательств в процессуальном праве / С. В. Горлова // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: Право. — 2016. — Т. 1, вып. 2. — С. 34 — 37.

магистрант, кафедра уголовного процесса и криминалистики БГУ,

канд. юрид. наук, ст. преподаватель БГУ,

Основной задачей современного правосудия является правильное установление истины по уголовным делам, которая как раз и устанав­ливается путем доказывания. Доказывание составляет сердцевину, наиважнейшую часть любого судебного процесса.

Доказательства в судебном доказывании выступают в роли аргументов, при помощи которых устанавливаются подлежащие дока­зыванию факты. Вещественные доказательства занимают особо место в уголовном процессе. При этом, вещественные доказательства занимают равное положение со всеми другими средствами доказывания, пред­усмотренными уголовным процессуальным законодательством [1].

Для того чтобы объект материального мира стал доказательством, необходимо обеспечить процессуальный порядок его обнаружения, получения, фиксации и оформления в процессуальном документе.

Хранение и уничтожение вещественных доказательств в уголовном судопроизводстве нередко представляет собой проблему, решение которой сопоставимо по сложности с расследованием самого преступ­ления. Несовершенство правового регулирования в данных вопросах приводит к тому, что вещественными доказательствами заполнены свободные помещения, а также территория отделов органов внутренних дел, где, как правило, находятся автотранспортные средства, изъятые при расследовании дорожно-транспортных преступлений для произ­водства судебных экспертиз, или транспортные средства, изъятые при расследовании криминальных пожаров [8, с. 137].

Правовое регулирование института вещественных доказательств в уголовном судопроизводстве охватывается не только нормами УПК РФ, но и большим количеством иных нормативных актов, посвященным вопросам хранения, передачи и уничтожения различных видов вещест­венных доказательств, а также решениями судов по вопросам защиты прав граждан и юридических лиц на имущество, признанное веществен­ным доказательством. К данным нормативным актам относятся также некоторые институты и нормы гражданского законодательства, уста­навливающие принадлежность имущества определенным лицам. Ряд нормативных актов носит весьма спорный характер.

Крайне актуальными представляются проблемы хранения громоздких и объемных вещественных доказательств. Как указанно в Постановлении Правительства РФ от 08.05.2015 № 449 «Об условиях хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам» [3], вещественные доказательства в виде предметов, в том числе больших партий товаров, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле или в камере хранения вещественных доказательств, передаются на хранение в государ­ственные органы, имеющие условия для их хранения и наделенные соответствующим правом, или же юридическому лицу или индиви­дуальному предпринимателю. При этом заключается договор хранения. Кроме того, следует учесть, что издержки по обеспечению специальных условий хранения вещественных доказательств должны быть ниже их стоимости. В противном случае вещественные доказательства передаются на реализацию.

Очевидно, что вопрос о заключении договора хранения вещественных доказательств должен решаться весьма оперативно, поскольку хранить вещественные доказательства где-то надо, а пока не определены ответственные за хранение лица, всю ответственность за сохранность вещественных доказательств несет следователь или дознаватель. Однако 4 мая 2016 года Министерство экономического развития РФ в Письме № ОГ-Д28-5908 [4] разъяснило, что заключение государственного контракта по закупке услуг, связанных с хранением вещественных доказательств по уголовным делам, должно осущест­вляться с учетом Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обес­печения государственных и муниципальных нужд» [2]. Соответственно, ни о какой оперативности при решении вопроса о хранении веществен­ных доказательств в данном контексте не может идти речь, поскольку процедуры проведения тендеров требуют длительных сроков, зачастую совершенно не совместимых со сроками уголовного судопроизводства.

При заключении и исполнении контрактов по услуге хранения вещественных доказательств возникает множество проблем. Например, одним из условий передачи вещественных доказательств на ответствен­ное хранение является заключение государственного контракта. Следует иметь в виду, что хозяйствующий субъект, заключивший такой контракт, может передать свои склады в субаренду. Организация, заключившая договор субаренды, контракт с органами предварительного расследования не заключает, и, следовательно, ответственности за хранение вещественных доказательств не несет. При этом данная организация не имеет права и на оплату услуг по хранению, так как с ней не заключен контракт [6].

Если вещественное доказательство было помещено на ответственное хранение, ущерб в случае утраты или повреждения вещественного доказательства возмещает организация, осуществлявшая услуги по хранению. Например, в Постановлении Арбитражного Суда Северо-западного округа от 31.10.2014 по делу № А56-38228/2013 суд кассационной инстанции указал, что предприниматель, автомобиль которого, признанный вещественным доказательством и помещенный на ответственные хранение в ООО «Т», был утрачен в процессе хранения, не имеет права на возмещение ущерба органами предварительного расследования, так как предпринимателем не доказана незаконность действий органа предварительного расследования, а также наличие причинно-следственной связи между возникшими у истца убытками и действиями государственного органа [7]. Однако, при этом следует учесть, что расходы по хранению вещественного доказательства подлежат возмещению органами внутренних дел, даже если договор по хранению вещественного доказательства не заключался. Например, в Апелляционном определении Пермского краевого суда от 16 июля 2013 г. № 22-4919 было указанно, что процессуальные издержки инди­видуальному предпринимателю, связанные с хранением автомобиля (вещественного доказательства по уголовному делу) должно возместить ГУ МВД РФ по Пермскому краю исходя из цены, которая при срав­нимых обстоятельствах обычно взымается за аналогичные услуги [5].

Во многих случаях суды удовлетворяют иски к органам внутренних дел по взысканию убытков, причиненных в результате хранения вещест­венных доказательств. Например, общество, которое понесло расходы в связи с хранением вещественных доказательств, добилось взыскания с МВД РФ нескольких миллионов рублей. Отметим, что на склад общества имущество, признанное в дальнейшем вещественными доказа­тельствами, было помещено первоначально таможенными органами. После возбуждения уголовного дела обязанности по возме­щению расходов на хранение вещественных доказательств возлагаются на органы внутренних дел [8].

Как представляется, решение проблемы хранения крупно­габаритных вещественных доказательств решаться путем заключения гражданско-правовых договоров представляется не самым оптимальным решением, тем более в контексте Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Согласимся с мнением А.О. Кравченко о том, что в системе МВД России целесообразно поставить вопрос о создании собственных объектов хранения – складов и складских площадок, предназначенных для хранения вещественных доказательств [9].

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector